Сайт посвящен соединениям РККА в годы Великой Отечественной войны

1-я моторизованная дивизия
Сформирована в 1939 году
Преобразована в 1941 году
Преемник: 1 тд (ф. 1941 )

1-я моторизованная дивизия— соединение РККА в Великой Отечественной войне

История соединения:

Дивизия была сформирована 7 сентября 1939 года на базе 6-го стрелкового и 173-го артиллерийского полков, 1-го дивизиона 13-го артиллерийского полка, 65-й зенитно-пулеметной роты, 45-й автотранспортной роты, 327-й танковой роты и 7-го авиазвена связи 1-й стрелковой дивизии. При развертывании дивизии по мобилизации к ней перешло Почетное Революционное Красное Знамя, которым была награждена 1-я стрелковая дивизия. Согласно директиве ВС МВО от 30 декабря 1939 года дивизия была реорганизована в моторизованную.

Дивизия участвовала в аннексии прибалтийских государств, а затем по возвращению из Прибалтики была включена в состав формировавшегося 7-го мехкорпуса.

На 22 июня 41г. дивизия входила в состав 7МК (генерал-майор Виноградов В.И.). Также в корпус входили 14тд и 18тд. Дивизия дислоцировалась в Москве (летние лагеря — Алабино), части дивизии размещались в Красногвардейских, Чернышевских и Красноперекопских казармах, Всехсвятском казарменном комбинате, 12-й танковый полк был дислоцирован в Наро-Фоминске.

К началу войны дивизия представляла собой хорошо слаженное и достаточно оснащенное в боевом отношении соединение. На проведенных перед войной тактических учениях, в том числе и учении, которое закончилось накануне 22 июня, ее части показали высокую сколоченность, а личный состав — хорошую физическую закалку и умение активно действовать в сложной обстановке. В то время в дивизии обращалось серьезное внимание на знание всеми командирами тактики подразделений и частей в подвижных формах боя. И это очень пригодилось в первых боях с врагом.

Танковый полк был оснащен в основном танками БТ-7м. Всего в дивизии было (на 1 июля): 9978чел., 181 танк, 1149 автомашин, 33 БА, 67 полевых орудий, 47 орудий пто, 103 станковых пулеметов, 580 ручной пулемет.

Наличие техники в 1мд на 29 июня 1941 года
КВ-1Т-34БТТ-37/38БА
10302002439
Личный состав дивизии

Воскресенье 22 июня началось, как и обычно. На спортивных площадках разгорались состязания, в клубах полков собирались коллективы художественной самодеятельности. Как всегда в дни отдыха, ко многим воинам приехали повидаться родственники, когда из репродуктора раздались тревожные слова: Война! Трудно передать то состояние тревоги, которое моментально овладело людьми. По-боевому, коротко и взволнованно звучали на полковых митингах выступления командиров, политработников, бойцов.

22 и 23 июня 1-я Московская мотострелковая дивизия, пополнившись до штата военного времени личным составом и боевой техникой, получила первый боевой приказ. Дивизии ставилась задача: совершить марш по маршруту Москва—Вязьма—Смоленск—Борисов, а затем занять оборону на рубеже реки Березина и не допустить прорыва немецко-фашистских войск в направлении Борисов, Орша. До выступления оставались сутки. Собравшиеся в штабе мои заместители, командиры частей и начальники служб получили краткие предварительные распоряжения по подготовке к маршу, задания на оформление заявок на железнодорожные эшелоны для тяжелой техники, танков и дивизионной артиллерии. 12-й танковый и 13-й артиллерийский полки начали подготовку к выходу в районы сосредоточения для погрузки в эшелоны, станцией назначения которых была Орша.

24 июня 6-й и 175-й мотострелковые полки, специальные части дивизии начали марш на автомашинах. Через день, 26 июня, когда части дивизии подходили к Смоленску, меня вызвали через офицера связи в штаб 20-й армии, который находился в Смоленске. Командующий армией генерал-лейтенант Ф.Н. Ремизов сообщил, что Орша занята немцами, и приказал дивизии выбить гитлеровцев из города, после чего перейти к обороне на рубеже Орша, восточный берег Днепра, не допуская прорыва противника в направлении Орша, Смоленск. Такой поворот событий был совершенно неожиданным. Особенно беспокоило то, что в это время наши танковый и артиллерийский полки еще двигались в эшелонах по железной дороге к Орше.

Был отдан приказ командирам полков, не останавливаясь, ускоренным темпом выйти к Орше, до которой оставалось пройти еще 50 км, выбить противника из города и занять оборону западнее ее. Части ускорили свое движение. Но при подходе к перекрестку шоссейных дорог севернее Орши выяснилось, что город врагом не занят (по-видимому, в штабе 20-й армии имелись непроверенные данные). Правда, в этом районе активно действовали отдельные гитлеровские диверсанты, переодетые в форму советских воинов и милиции. Стрельбой по людям и машинам они пытались вызвать панику. Внезапному обстрелу с близкого расстояния с опушки леса подвергся один из взводов 6-го мотострелкового полка у перекрестка дорог в десятке километров севернее Орши. Как стало известно позднее, 26 июня велись активные боевые действия в районе Минского укрепленного района, где оборонялись соединения 13-й армии, которой командовал генерал-лейтенант П.М. Филатов.

При выходе к шоссе Орша—Витебск части дивизии начали занимать оборону, имея в первом эшелоне 6-й и 175-й мотострелковые полки и во втором — 12-й танковый полк. В направлении Борисова была послана разведка с целью установить связь с действующими впереди войсками. В тот же день она вошла в связь с Борисовским танковым техническим училищем, начальником которого был корпусной комиссар И.3. Сусайков. Курсанты этого училища обороняли Борисов (на восточном берегу Березины) и мост через Березину. С 26 по 30 июня дивизия проводила инженерное оборудование занимаемого рубежа обороны. 6-й мотострелковый полк подготовил оборону участка: перекресток шоссейных дорог севернее Орши, отдельная высота; 175-й мотострелковый — по западной и юго-западной окраине Орши; 13-й танковый полк располагался за 6-м мотострелковым (сев.-вост. Орши).

В 4 часа 30 июня мы получили новый приказ командующего Западным фронтом. В нем указывалось, что 1-я мотострелковая дивизия должна к 12.00 3O июня занять оборону по восточному берегу Березины на рубеже: совхоз Веселово (северо-западнее Борисова 20 км), восточнее Борисова, Чернявка (юго-восточнее Борисова 30 км), с задачей не допустить прорыва танковых и механизированных частей противника на участке Зембин, Чернявка в направлении Борисов, Орша, сосредоточивая основные усилия на шоссе Москва—Минск. К этому времени на западной окраине Ново-Борисова заняла оборону сводная дивизия, сформированная по приказу штаба фронте из числа отходивших из района Минска неорганизованных частей, подразделений и отдельных бойцов. В самом Борисове находились курсанты. Но их было всего два батальона (около 500 человек), к тому же недостаточно вооруженных, почти без артиллерии и с очень незначительным количеством танков.

Выполняя приказ командующего войсками фронта, дивизия, совершив 130-км форсированный марш, вышла на новый рубеж. 6-й мотострелковый полк с приданным ему батальоном 12-го танкового полка и дивизионом 13-го артиллерийского полка получил задачу обороняться по восточному берегу Березины на участке: совхоз Веселово, Борисов, имея целью не допустить прорыва противника через Зембинскую переправу; 175-му мотострелковому полку, усиленному танковым батальоном и двумя артиллерийскими дивизионами (без одной батареи), было приказано, находясь во втором эшелоне (за Борисовским танковым техническим училищем), двумя мотострелковыми батальонами оседлать шоссе восточнее Борисова, а одним батальоном с артиллерийской батареей оборонять Чернявскую переправу; 3-й танковый батальон был в резерве.

Пока 1-я мотострелковая дивизия форсированным маршем выдвигалась к Борисову, ее отдельный разведывательный батальон под командованием капитана П.Т. Цыганкова вел разведку на минском направлении. В 12 часов 30 июня он достиг Смолевичи, что составляет примерно половину пути от Борисова до Минска. Здесь были встречены передовые части противника. Из добытых батальоном данных стало ясно, что в полосу обороны дивизии на борисовском направлении выдвигаются до двух дивизий противника и что подход его передовых частей к рубежу Березины можно ожидать во второй половине дня 30 июня.

Боевые действия 1-й мотострелковой дивизии между Березиной и Днепром с 30.6 по 13.7.1941 г.[]

Боевые действия 1-й мотострелковой дивизии между Березиной и Днепром с 30.6 по 13.7.1941 г.

Части же нашей дивизии подошли к Березине только к 12 часам. После уточнения командирами полков по карте боевых задач полки приступили к занятию обороны по восточному берегу реки на 50-километровом фронте. 175-й полк был расположен за батальонами училища (во втором эшелоне), чтобы создать более глубокую оборону на этом направлении.

Организация обороны дивизии имела свои особенности. Широкий ее фронт и наличие трех переправ; Борисовской в центре и двух на флангах (Зембинской на правом и Чернявской на левом фланге боевого порядка), исключили возможность построения сплошной обороны. Исходя из условий местности, было принято решение на распределение усилий по трем наиболее опасным направлениям. Следует признать, что в то время трудно было предугадать, где именно противник начнет переправу своих войск, но, как я тогда оценивал, наиболее опасным направлением было борисовское. Именно сюда и сосредотачивалась большая часть противотанковых средств (противотанковый дивизион, танковый батальон, приданный 175-му мотострелковому полку, и 3-й танковый батальон 12-го танкового полка, находившийся в резерве командира дивизии). Но при распределении сил и средств надо было считаться также с необходимостью обеспечить самостоятельность боевых действий на всех направлениях.

Командиры 6-го и 175-го мотострелковых полков в качестве ударных групп выделили приданные им танковые батальоны и расположили их на рубежах, удобных для отражения атак танков противника. Эти подразделения находились в готовности быстрого выхода к переправам и нанесения решительных контратак по противнику. Предусматривалось также использование 12-го танкового полка для нанесения контратак в полном составе. На борисовском направлении из двух артиллерийских дивизионов (без одной батареи) была создана артиллерийская группа (пять батарей) под командованием капитана А.М. Ботвинника. Значительные промежутки, не занятые подразделениями, прикрывались разведкой и охранением. Подразделения быстро окапывались и организовывали систему огня, готовясь к первым боям с врагом. Настроение было у всех одно — выстоять!

Примерно в 16 часов 30 июня. к Ново-Борисову подошли части 18тд противника из состава XXXXVIIMK 2ТГр Гудериана. Им удалось с ходу ворваться на западную окраину города, а 1 июля, овладев Ново-Борисовом, выйти к Березине. В районе Борисова, особенно вдоль шоссе Минск—Москва, разгорелись упорные бои, 1-й мотострелковой дивизии, взаимодействовавшей с Борисовским танковым техническим училищем, удалось на двое суток задержать противника на этом рубеже. Обстановке для наших войск была крайне тяжелая. Положение осложнялось еще и тем, что бетонный мост через Березину в Борисове к моменту подхода противника не был подорван. У моста дежурила группа саперов-подрывников, а момент взрыва все оттягивался, так как командование фронта рассчитывало использовать Борисовскую переправу для пропуска отходящих из района Минска наших войск. 1 июля после мощных бомбовых ударов и огня артиллерии немецкие танки на больших скоростях подошли к мосту, гусеницами порвали шнуры для дистанционного подрыва, перебили саперов-подрывников и с ходу прорвались на восточный берег Березины. Здесь они были встречены огнем батальонов курсантов и 175-го мотострелкового полка. Противник понес большие потери, но тем не менее сумел овладеть восточной частью Борисова, захватив плацдарм на левом берегу Береэины, и на одном из участков потеснил 175-й мотострелковый полк.

2 июля на восточном берегу Березины развернулись ожесточенные бои. Противник значительно превосходил нас в силах, а его авиация безраздельно господствовала в воздухе. Фашистские самолеты буквально гонялись за отдельными машинами. Однако части дивизии продолжали оказывать противнику серьезное сопротивление. Было решено более плотно закрыть автостраду с таким расчетом, чтобы вся дивизионная артиллерия могла прямой наводкой уничтожать прорвавшиеся танки врага по автостраде. На это направление были выдвинуты и танки (танковый батальон капитана С. И. Пронина) для ведения огня прямой наводкой. Противник был вынужден приостановить продвижение для того, чтобы, закрепившись на плацдарме и подтянув свежие силы, подготовиться к новому натиску. Утром 3 июля его авиация нанесла мощные бомбовые удары по нашей обороне. Немецкие самолеты шли волна за волной, группами до двенадцати машин. А затем при поддержке огня артиллерии вдоль шоссе в атаку двинулись и танки. Наши артиллеристы встретили их мощным огнем и подбили многие из них.

Обстановка оставалась напряженной: танки и мотопехота XXXXVIIMK противника, расширяя плацдарм, продвинулись вдоль шоссе, стремясь развить успех в направлении Лошница. В этих условиях было принято решение силами 12-го танкового и 6-го мотострелкового полков контратаковать во фланг прорвавшуюся в направлении Лошница группировку противника. В ходе контратаки разгорелся крупный танковый бой, с обеих сторон в нем участвовало свыше 300 танков. В результате контратаки удалось задержать наступление врага до исхода 4 июля. Части дивизии выиграли время для занятия обороны на реке Нача.

В дальнейшем, применяя тактику подвижной обороны, части 1-й мотострелковой дивизии вели ожесточенные бои, сдерживая натиск врага. Ночью, когда гитлеровцы делали паузу в наступлении, наши части незаметно отрывались от них на 10—12 км и переходили к обороне на следующем выгодном рубеже. С утра противник предпринимал наступление в развернутых боевых порядках, но бил по пустому месту и только к полудню подходил к новому рубежу обороны дивизии. Здесь ему снова приходилось развертываться для наступления, чтобы преодолеть организованное сопротивление. Так день за днем в течение 11 суток непрерывных боев с частями XXXXVIIMK на рубежах рек Нача, Бобр, Адров и населенных пунктов Крупки, Толочин, Коханово изматывались силы врага.

6 июля командующий 20-й армии генерал-лейтенант П.А. Курочкин поставил задачу упорной обороной до 10 июля задержать наступление противника на оршанском направлении и обеспечить развертывание войск 20-й армии на рубеже Орша, Шклов. Командующий 20-й армией передал, что 1-я мотострелковая дивизия усиливается 115-м танковым полком (из 57тд).

Подход 115-го танкового полка и ввод его в бой на левом фланге дивизии осуществлялся без авиационного прикрытия. Противник нанес по нему мощные бомбовые удары и контратаковал его крупными силами танков. Полк понес большие потери и уже на четвертый день был выведен из боя.

Особенно ожесточенные бои велись за город Толочин, где 1-я мотострелковая дивизия добилась значительного успеха. Когда гитлеровцы овладели Толочином, было принято решение ударом с ходу по сходящимся направлениям выбить их из города. На другой день, 8 июля, началась атака дивизии, занявшей охватывающее положение этого пункта своим боевым порядком. Вдоль шоссе наносил удар 12-й танковый полк, с севера — 175-й мотострелковый, а с юга — 6-й мотострелковый. Наш удар был неожиданным для противника. В результате короткого ожесточенного боя противник был выбит из Толочина (в этом бою было взято в плен 800 солдат и офицеров, захвачено 350 автомашин и знамя 47-го берлинского танкового корпуса). Дивизия в течение суток удерживала город. А затем, подтянув свежие силы, враг обрушил на оборонявшиеся части дивизии мощные удары авиации и артиллерии.

В течение 8 и 9 июля шла борьба за Толочин, который дважды переходил из рук в руки. К 20 часам 9 июля 1-я мотострелковая дивизия вынуждена была отойти на следующий рубеж обороны — Коханово. Следует отметить, что она отошла сюда, имея значительные потери в личном составе и технике. И если до этого дивизия могла вести оборонительные бои на достаточно широком фронте, достигавшем 35 км, то теперь ее боевые возможности сводились к тому, чтобы организовать оборону имеющимися силами и средствами только на главном направлении, вдоль шоссе Минск—Москва. Однако и противник, действовавший против дивизии, ввиду отсутствия в этом районе других пригодных для маневра дорог, не имел возможности совершить глубокий обход или охват ее флангов. 1-я мотострелковая дивизия прочно удерживала рубеж в районе Коханово, нанеся большие потери 18-й немецкой танковой дивизии. Таким образом, прямой удар врага на Оршу не имел успеха.

10 июля, овладев Коханово, немецко-фашистское командование оставило против нашего соединения свою 18-ю танковую дивизию и ввело в бой новую — 29-ю моторизованную по дороге Коханово—Копысь для форсирования Днепра. К этому времени, подошедшие из глубины свежие дивизии 20-й армии заняли оборону по восточному берегу Днепра. На участке Орша, Копысь оборонялись части 18-й стрелковой дивизии, которой командовал полковник Свиридов. 1-я мотострелковая дивизия вела бой на рубеже реки Адров (20 км западнее Орши).

11 июля командующий 20-й армией отдал приказ: вывести 1-ю мотострелковую дивизию во второй эшелон армии, на восточный берег Днепра, для доукомплектования и приведения в порядок ее частей после непрерывных 12-суточных напряженных боев. Но уже после того, как подразделения начали выходить из боя, поступил новый приказ командарма — после переправы на восточный берег Днепра поступить в распоряжение командира 20-го стрелкового корпуса генерал-майора С.И. Еремина. Штаб корпуса в районе Бабиничи (14 км южнее Орши).

11 июля части 29-й мотодивизии противника, форсировав Днепр на участке Бабиничи, Копысь, захватил плацдарм на восточном берегу. С этого плацдарма XXXXVIIMK противника развернул наступление на Смоленск.

В такой обстановке 12 июля было принято решение: сосредоточив 1-ю мотострелковую дивизию северо-восточное Бабиничи, нанести удар наперерез прорвавшимся танкам и мотопехоте противника и отбросить его к Днепру. Чтобы выиграть время и не дать противнику осуществить глубокий прорыв, полки по мере подхода в район северо-восточнее Бабиничи с ходу переходили в контратаку, нанося один за другим фланговые удары по его прорвавшимся танкам и мотопехоте.

В боях у Орши командир дивизии полковник Крейзер был ранен. Дивизию принял полковник В. А. Глуздовский. В итоге 1-я мотострелковая дивизия при поддержке 115-го танкового полка 57-й танковой дивизии сбросила немецкую 17-ю танковую дивизию с плацдарма южнее Орши. Здесь дивизия вошла в состав 5МК выведенного из боя в районе шоссе Витебск-Орша и переброшеного в район Гусино, где по мосту переправилfсь через Днепр на южный берег. Корпус получил приказ, объединив под своим командованием 13-ю, 17-ю и 57-ю танковые и 1-ю мотострелковую дивизии и заняв исходную позицию Ляды, Красный, начать атаку по прорвавшемуся через Днепр противнику в направление Горки. Часть подразделений дивизии, понесшие большие потери были отправлены в район Смоленска на доукомплектование (в частности 12тп, 13ап, 123птд, 300озад. На южный берег Днепра переправлялись только 6 и 175мп , разведбат и сап бат. насчитывающие не более 1500 человек, 2 КВ и 2 БТ, и несколько десятков пулеметов и миномтов.

Контрудар призван был закрыть брешь в обороне Западного фронта, пробитую в результате форсирования немецкими 47-м и 46-м мотокорпусами р. Днепр на участке между Оршей и Могилевым. Однако на сосредоточение и подготовку контрудара требовалось время, которого у советских войск не было: противник быстро наращивал силы в местах прорывов, на подходе уже находились пехотные дивизии группы армии "Центр". Наступавшая на Смоленск с юго-запада немецкая 29мд уже захватила Ляды и Красный, а вслед за ней шла 18тд, которая и приняла основной удар 5-го мехкорпуса. Советское наступление заставило ее развернуться фронтом на север, к Днепру. Согласно сводке боевых действий войск Западного фронта, 1-я мотострелковая дивизия 18.00 15.7 ударом на Чирино уничтожила до батальона мотопехоты 18-й танковой дивизии противника, его тылы, захватив при этом 150 человек пленных, из них 6 офицеров, 40 машин, денежную кассу, штабную документацию, ручные пулеметы

Несколько дней части 5МК сражались на южном берегу Днепра с частями 18 и 17тд XXXXVIIMK, в то время как основные части 20А отходили вдоль шоссе в сторону Смоленска. 19 июля основные соединения 5МК отступили на северный берег Днепра взорвав мост. 1 мотострелковая дивизия осталась на южном берегу Днепра в окружении.

В течении 15-18 июля части дивизии атаковали от Барсуки на Цыбульское и оказались в окружении около Чирино, Сава. 19 июля последние коммуникации с переправами через Днепр были перерезаны противником и части дивизии были вынуждены пробиваться на юг. К 23 июля дивизия пробилас в расположение 61СК в районе Могилёва, который сам находился в окружении. В ночь на 24 июля части 61СК пошли на прорыв через р. Буда. Однако прорваться удалось только остаткам 1мсд (всего до 1200чел, несколько пулеметов). Продолжая с боями продвигаться по немецким тылам группа из состава 1мсд вышла к 31 июля к р. Сож. Однако при попытке форсирование реки группа была расчленена и рассеяна. Полковник Глуздовский вышел из окружения только 25 августа в р-не. д. Столбы.

Из оставшихся вне окружения частей 26 июля приказом Военного совета 20-й армии началось восстановление 1-й мотострелковой дивизии: из вышедших из окружения разрозненных групп и тылов сформирован новый 175-й полк (командир — подполковник Г. И. Бычков), а из 109-й моторизованной дивизии был передан 602-й мотострелковый полк. Исполняющим обязанности командира дивизии назначен майор Д. Ф. Михайловский.

5 августа 1941 года дивизия была фактически заново сформирована в районе Кокушкино (15 км севернее Дорогобужа) в составе 20-й армии. Части 1мсд вновь под командованием теперь уже генерал-майора Крейзера Я.Г. в начале августа прикрывали по восточному берегу Днепра в районе Соловьевской переправы отход из окружения частей 16 и 20й армий. 11 августа 41г. 1мсд выступила на автотранспорте в район Деревенщина. 9 августа 1941 года переименована в 1-ю танковую дивизию.

Командиры:
  • Крейзер Яков Григорьевич , полковник
Подчинение:
01.0101.0201.0301.0401.0501.0601.0701.0801.0901.1001.1101.12
19417МК, МВО7МК, 20А, ЗФ5МК, 20А, ЗФ18 авг 41г. преобразована в 1тд
1942
1943
1944
1945
Ссылки и источники:
rkka.ru
Информация о статье:
Запись добавлена: 02.02.2016 Последнее изменение: 02.02.2016